Главная Мой профиль Регистрация Выход Вход
Суббота 03.12.2016 20:43
Вы вошли как Путник | Группа "Гости" | Приветствую Вас Путник| RSS

Город Vision:фэнтези,мистика,готика Искусство,история,юмор,проза,стихи

[ Перейти на главную · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Форум города Vision » Мистический дом » Легенды Крыма
Легенды Крыма
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:15 | Сообщение # 1
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Легенды Крыма



Испокон века люди придумывали различные легенды, оживляли с помощью них загадочные места, наделяя их смыслом, таинством и даруя им вечную жизнь. Вот и сейчас, столкнувшись с этим феноменом я запомнил не столько природные красоты, которые недавно посетил, сколько сопровождающие их рассказы, оставшиеся в памяти и унесшие мое воображение сквозь многие века в ту эпоху, когда люди обладали необыкновенными талантами, когда чувства не имели полутонов, а вера не знала границ.
Хотелось бы представить вашему вниманию несколько легенд Крыма.


Отдельное спасибо Fess за предоставленный материал
 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:28 | Сообщение # 2
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Смерть Митридата.


Митридат был одним из самых могущественных властителей древности. Он подчинил себе многие народы Востока, он завоевал богатый Херсонес, а затем и великое Боспорское царство и утвердил свое господство на Понте Эвксинском.
Митридат был одним из самых образованных людей своего времени. Он знал двадцать два языка, так что мог свободно изъясняться с подвластными ему племенами и творить суд над ними, не обращаясь за помощью к толмачам.
Митридат вел многолетнюю войну с Римом и очень боялся быть отравленным врагами, поэтому он ежедневно на протяжении многих лет принимал ядовитые снадобья и так приспособил к ним свой организм, что, когда захотел умереть, смерть не пришла к нему.
Но, как и каждый властелин, Митридат был жестоким, несправедливым и самоуверенным. Это и погубило его.
Народы находившиеся под владычеством Митридата, не раз восставали против тирана и пытались освободиться от невыносимого гнета. А с другой стороны Митридату все время угрожал могущественный Рим, который стремился заполучить такие прекрасные земли, как Таврия и Колхида. Не имея поддержки со стороны тавров, скифов, савроматов и других народов, Митридат терпел от римских легионов поражение за поражением.
Последний сокрушительный удар нанес Митридату римский полководец Помпей. Окончательно разгромленный, потерявший свое войско, Митридат еле спасся бегством и не успел даже забрать с собой свою больную дочь Дрипетину. Она осталась в крепости Сингории на попечении евнуха Минофила, который лечил ее от тяжкого недуга.
Вскоре римляне подошли к крепости Сингории и окружили ее. Видя, что защитники крепости собираются сдаваться и что благородная дочь Митрида будет отдана на потеху жестоким врагам, Минофил одним ударом ножа убил ее, а другим покончил с собой.
А тем временем Митридат, достигнув Пантикапея, начал лихорадочно готовиться к новому сражению с римлянами. Он решил бороться до последнего.
Но трудно было старому, израненному волку в одиночку отбиваться от стаи шакалов. Понял Митридат, что военачальники его ненадежные, что друзья от него отшатнулись и что довериться никому нельзя.
Собрав новое войско, Митридат обратился к своему сыну Фарнаку:
- Сын мой, на тебя одного надежда. Бери войско и иди на врага. Тебе вверяю я мою судьбу и судьбу моего государства. Иди же и возвращайся с победой.
Не знал старый полководец, что сын его тоже недоволен им и давно помышляет об измене. Решив, что подходящий момент настал, Фарнак не повел войско навстречу римлянам, а повернул его против отца. В городах Боспора, в Херсонесе вспыхнули восстания, на сторону восставших перешли многие военачальники.
Великим гневом воспылал Митридат, услышав об этом. Не помня себя, не веря больше никому и ничему, он казнил несколько своих верных друзей и вместе с ними сына Эксиподра. Потом он велел запереть все ворота крепости, а сам взобрался на высокую стену и стал уговаривать Фарнака:
- Опомнись, сын мой! Подумай, что ты делаешь! Ты погубишь и меня, и себя, и государство!
Но неумолим был Фарнак, и Митридат с гневом продолжал:
- Что ж, пусть свершится то, что ты желаешь: я умру... Но перед смертью своею я проклинаю тебя... И еще прошу отечественных богов, если они существуют, чтобы ты услышал когда-нибудь такие же слова от сына своего...
Митридат быстро сошел с крепостной стены и заперся во дворце. Он собрал всех своих жен, наложниц, дочерей, наполнил чаши отравленным вином и приказал:
- Пейте за победу!
Потом он переоделся в одежды простого воина и сам принял яд...
Но тщетно ждал смерти некогда могущественный царь. Она не приходила. Даже смерть отказала ему в повиновении.
- О проклятье! - воскликнул Митридат и вспомнил, что он неуязвим для яда и что ему не удастся незаметно уйти из жизни. Тогда он выбежал из дворца, подозвал к себе одного из тех воинов, которые уже прорвались в крепость, и подставил под его нож свое горло.
Так умер Митридат, и с тех пор гора на Керченском полуострове носит его имя.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:32 | Сообщение # 3
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Кара-даг - чёрная гора


Донеслась из ущелья девичья песня, высокой нотой прорезала воздух, на мгновение оборвалась и тут же, подхваченная многими голосами, разлилась по Отузской долине.
Это девушки, покончив с укладкой винограда, торопятся домой. Спешат девушки, словно быстрые сумерки подгоняют их, и с опаской поглядывают на Кара-Даг - Черную гору, которая зловеще нависла над долиной, заслонив собой часть неба. Там, в недрах горы, обитает страшное чудовище – одноглазый великан-людоед.
Днем великан спит, но даже его мирный храп, похожий на отдаленные раскаты грома, пугает жителей окрестных селений. Повернется великан во сне – вся гора дрожит до основания, а вздохнет – из отверстия, находящегося на ее вершине, пар клубами валит.
Поздним вечером, когда совсем стемнеет, великан просыпается и вылезает из своего логова. Угрожающе сверкая своим единственным глазом, он начинает оглушительно реветь, так что громовое эхо далеко перекатывается по Крымским горам и замирает где-то на Ай-Петри.
Тогда в страхе пятились все – дети, старики, женщины, прятались где только кто мог, а мужчины, чтобы задобрить чудовище, отводили к подножью Черной горы быка или пару овец. Привязав скотину на видном месте, мужчины удалялись, а великан мгновенно замолкал и успокаивался до следующего вечера.
Но осенью, когда вслед за листопадом наступал месяц свадеб, великан требовал большой жертвы. Его не удовлетворяли тогда даже десятки овец и быков. Он ревел и ревел, не переставая целую ночь. От рева его дрожали окна в селениях, и потухал огонь в очагах.
Наконец, он хватал огромные камни и начинал сбрасывать их в долину. Камни, скатывались по склону горы, цепляя за собой десятки других камней помельче, и эта лавина сметала все на своем пути, засыпала виноградники, разрушала строения.
Напуганные до смерти люди выбирали тогда одну из невест, приводили ее на Кара-Даг и связанную оставляли на высокой скале…
Много лет властвовал великан над Отузской долиной, много жертв погубил, много горя принес. И люди, проклиная свою тяжелую судьбу, терпели великана, и никто не знал, как избавиться от него.
Но вот нашелся один юноша, сильный и смелый, словно горный орел, который не боится даже человека, как бы тот высоко в горы ни забирался.
- Надо убить великана, – сказал юноша.
- Сами знаем, что надо убить, - ответили ему мужчины-односельчане. – Но как это сделать?
- Надо всем нам вооружиться, взобраться на Черную гору, спрятаться недалеко от выхода и ждать, когда проснется великан. А как только высунет он свою голову, тут и забросать его стрелами.
Посмеялись мужчины на юношей:
- Что значит молодо-зелено! Да ведь великан, как гора, а мы мыши перед ним. Что ему наши стрелы сделают? Нос поцарапают только. Он нас одним взмахом сметет с вершины. Мы погибнем, и семьи наши погибнут.
- Что ж, если вы боитесь, тогда я сам влезу на Черную гору и убью великана, - сказал юноша.
- Зря бахвалишься, только народ смешишь.
- Клянусь, что убью великана, - упорно повторил юноша и стал дожидаться месяца свадеб.
Дождавшись месяца свадеб, юноша выполнил свою клятву, - отправился на Кара-Даг к великану.
Солнце зашло, с гор в долину спустились сумерки. На темно-синем небе появилась большая луна и покрыла серебристой чешуей морскую гладь. В селении постепенно затихли людские голоса, блеяние овец, мычание коров, там и сям вспыхивали вечерние огоньки.
«Красиво как у нас здесь, - думал юноша, оглядываясь вокруг. – И жить очень хочется! Но лучше погибнуть в неравном, но правом бою, чем терпеть ненасытное чудовище. Завтра потребует оно очередную жертву, и, может быть, жребий выпадет на мою дорогую Эльбис».
Вспомнил юноша свою возлюбленную, присел на камне и, мечтательно глядя на море, запел песенку:
Любовь – это птичка весны,
Пришла ей пора прилететь,
Спросил я старуху-гречанку,
Как птичку любви мне поймать?
Гречанка ответила так:
«Глазами ты птичку лови,
она на уста упадет
и в сердце проникнет твое…»
- Ха-ха-ха! – раздался над головой юноши такой громкий смех, что его услышали, наверное, чабаны на Перекопе.
– Однако ты ничего поешь. Мне нравится.
Юноша задрал вверх голову и увидел на вершине Кара-Дага горящий, как яркая звезда, глаз великана.
- А, это ты, сосед, - не испугался юноша, - рад тебя видеть.
- Спой мне еще свою песенку, - пророкотал великан. – У меня весеннее настроение. Я тоже хочу, что бы ко мне птичка любви прилетела, чтобы мне на уста упала и чтобы в самое сердце проникла.
- Значит, ты хочешь увидеть птичку любви?! – обрадовался юноша. – Ты ее увидишь, даю тебе слово, только тебе придется потерпеть до завтра. А завтра я приведу ту, которая посылает любовь.
Следующим вечером в то же время юноша снова отправился на Кара-Даг, но уже не сам, а вместе со своей суженой, красавицей Эльбис. Увидев на вершине Черной горы огромного великана, силуэт которого четко вырисовывался на фоне звездного неба, Эльбис в ужасе остановилась. Но, взглянув на своего любимого, она поборола страх и отважно шагнула навстречу опасности. Она взошла на высокую скалу, ту самую, на которой великану приносили в жертву девушек, и громко произнесла:
- Эй, великан, я пришла! Я принесла птичку любви! Посмотри на меня: нравлюсь ли я тебе? Если нравлюсь, то открой пошире глаз и гляди внимательно сюда. Я выпущу птичку любви.
Красота Эльбис была настолько ослепительна, что великан от изумления широко раскрыл свой единственный глаз.
А девушка, - она была достойной парой своему возлюбленному, - взяла лук, натянула тугую тетиву и пустила в светящийся глаз великана каменную ядовитую стрелу.
Взвыл от невыносимой боли великан и рванулся было к смельчакам, чтобы раздавить их, но, ничего не видя, споткнулся о камень и сорвался в свою глубокую нору.
То ли великан при падении поломал себе руки и ноги, то ли отверстие завалилось, только остался он в горе и не мог уже выбраться наружу, чтобы отомстить людям. В каменной ловушке он корчился от боли и ревел от бешенства.
Он напрягал все свои силы, пытаясь развалить Черную гору, отчего гора шевелилась, как живая. Громадные камни, а то и целые утесы откалывались от нее и с шумом падали в море.
От гневного дыхания великана плавилась земля и сквозь образовавшиеся трещины стекала со склонов огненными потоками.
Целую ночь над Кара-Дагом стоял беспрерывный гул, целую ночь вершина его извергала огонь, дым и пепел.
Черная зловещая туча заволокла все небо, сверкали молнии, беспрерывно гремел гром. Весь Крымский полуостров трясся, как в лихорадке, а море, вздымая свои волны-горы, с яростью наскакивало на берег, словно хотело поглотить сушу.
На рассвете над Отузской долиной выпал дождь и все утихло. Вышли люди из своих убежищ, посмотрели в ту сторону, где вчера еще было логово великана, и в удивлении замерли. Черной горы больше не существовало. Она развалилась до основания, похоронив под собой великана. А на том месте поднялись высоко к небу новые утесы, зубчатые хребты, причудливой формы скалы, напоминающие диких зверей. Море уже больше не сердилось, а ласково обмывало отвесные стены, торчащих из воды скал, заливало многочисленные бухточки и пещеры и, выливаясь, что-то радостно бормотало. Люди ходили по берегу, собирали разноцветные камешки и любовались дикой красотой царства мертвого великана.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:37 | Сообщение # 4
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Кизил - Шайтанова ягода.


Когда Аллах сотворил мир и, сделав эту очень ответственную работу, лег отдыхать, на земле настала блаженная весна. Зазеленели деревья, начали распускаться почки, появились цветы.
Тогда потянулось к райским цветущим садам все живое и поднялся большой шум. Тот хватает одно, тот тянет другое, ссорятся между собой, ругаются. Одним словом – никакого порядка нет.
Не выдержал Аллах, поднялся со своего ложа, где он отдыхал, и стал наводить порядок. Первым долгом позвал он всех к себе и сказал так:
- Неразумные дети мои! Вы перепортите все сады. Повелеваю каждому из вас выбрать себе какое-нибудь одно растение, чтобы потом только им и пользоваться. Подумайте хорошенько, подходите ко мне и просите.
Что здесь было после слов Аллаха! Всякая тварь засуетилась, заволновалась, как бы не прогадать. Тот просит вишню, тот яблоко, тот персик, тот абрикос.
Подошел к Аллаху и Шайтан.
- И ты здесь? - спросил Аллах.
- И я здесь. – ответил нечистый, скосив хитрый глаз.
- Подумал?
- Подумал.
- И что же ты выбрал?
- Кизил
- Кизил? Почему кизил?
- Так, - не хотел сказать правду Шайтан.
- Хорошо, бери кизил, - решил Аллах.
Весело запрыгал Шайтан, завилял хвостом от радости. Еще бы, он так ловко обхитрил всех, выпросил для себя кизил. Кизил первым зацвел, значит раньше других растений даст урожай. А первая ягода – самая дорогая. Повезет он свой кизил на базар, продаст втридорога, денег много загребет. Богаче всех будет Шайтан!
Настало лето, начали созревать плоды – вишня и черешня, яблоки и груши, персики и абрикосы. А кизил все не зрел, по прежнему оставался зеленым и твердым.
Сидит Шайтан под деревом, злится:
- Да созревай скорее, шайтанова ягода!
Не зреет кизил. Тогда стал Шайтан дуть на ягоды, и сделались они красными-красными, словно пламя. Но, как и раньше, они были твердыми и кислыми.
- Ну, как твой кизил? – спрашивали Шайтана люди.
- Гадость, а не ягода, берите ее лучше себе, - ответил Шайтан и плюнул с досады, аж кизил почернел.
Поздней осенью, когда урожай в садах был уже убран, люди пришли в лес по кизил. Собирая черные, но сладкие, вкусные ягоды, они посмеивались над Шайтаном:
- Просчитался Шайтан!
- Маху дал Шайтан!
- Сам себя перехитрил Шайтан!
А Шайтан тем временем бесился от злости и думал, как бы отомстить людям, чтобы они запомнили этот кизил раз и навсегда. И придумал.
На следующую осень Шайтан сделал так, что кизила уродилось вдвое больше. И чтобы он созрел, потребовалось вдвое больше солнечного тепла.
Обрадовались люди большому урожаю кизила, не подозревая, что это проделки Шайтана.
А солнце, истощившись за лето, не смогло уже послать на землю достаточно тепла. И наступила такая суровая зима, что позамерзали сады, а люди чуть живые остались.
С тех пор существует примета: если большой урожай на кизил – быть холодной зиме.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:41 | Сообщение # 5
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Гордая Айше


Камни, камни на крымской земле! Куда ни посмотришь — везде камни. Вот на Бурунчуке из камня крепость была сложена, большая крепость. А владела этой крепостью девушка, звали ее Айше. Сильная девушка была, гордая, сердце ее не знало жалости. Она никогда никого не любила. Глаза у нее были черные, и если она на человека ими посмотрит, когда сердится, от человека один пепел остается. Лучше на такие глаза не попадаться.
Совсем как мужчина была девушка Айше, никогда никого не боялась, и далеко знали о ней.
Всегда гневная и сильная, а нутро женское. Никогда никого не любила и любить не хотела, а нутро говорило ей — полюбишь.
И захотелось ей однажды стать мягкой, как все женщины. А не смогла. Тогда сказали ей:
— Знаешь что, иди вниз, к источнику. Там такая вода есть, что самый крепкий человек, самый гневный человек мягким становится, если в той воде искупается,
И решила Айше: «Пойду выкупаюсь, попробую, как это жить, когда совсем как женщина». И пошла.
А напротив источника стояла другая крепость — Тепе-Кермен, и в ней жил юноша. Глаза у него были такие голубые, как два горных озера, волосы белые, шаг мягкий, как у кошки. Но никто не знал, что эти голубые глаза могут быть, как два меча, когда они в сильных руках, никто не знал, что если в гневе юноша посмотрит, то этими голубыми глазами срежет голову.
Увидел юноша, что пришла к источнику прекрасная девушка, и спустился к ней вниз.
— Уходи, юноша, — сказала Айше, — эта вода моя.
— Что ты, девушка, эта вода всегда была моей. Уходи ты.
— Как ты смеешь мне приказывать! Разве ты не знаешь, что я Айше из Кыз-Кюлле? Мне никогда еще никто не приказывал.
— Я тебе не приказываю, я тебя прошу — уходи, потому что вода эта моя.
— Ну, скажи это еще раз, и я посмотрю, как ты сгоришь на глазах моих.
— Попробую сказать.
И хотя она гневно посмотрела на юношу, тот не дрогнул. Он только поймал взгляд черных глаз и в сердце свое спрятал. И в первый раз полюбил.
— Слушай, девушка, — задыхаясь, сказал он, — иди ко мне в крепость. Теперь я тебя знаю — ты соседка моя. Идем ко мне, и я сделаю тебя своей женою.
— Сделаешь? — сказала Айше, и глаза ее гневно сверкнули. — Уйди от воды!
— Нет, зачем же. Я не уйду. Лучше иди ко мне в крепость.
И он еще ближе подошел к ней,
— Оставь мои руки! — крикнула Айше, когда юноша сильно сжал их.
И она ушла от источника. А потом наверху у себя рассердилась, ох как рассердилась! Позвала гордая Айше слуг и сказала: — Идите и скажите ему, пусть поклонится мне, и я его возьму себе в мужья. Ступайте!
Они пошли. Пошли и сказали:
— Господин, наша повелительница сказала, что она тебя берет в мужья. Иди к ней в крепость.
— Берет, говорите вы, — засмеялся юноша. — А я не лошадь. Пускай ко мне придет, если хочет.
— Так, — сказала в бешенстве Айше, выслушав ответ. — Я тебя заставлю все-таки прийти.
И велела бросать камни в овраг. И стала сама камни бросать. По-разному бросала: со злобой бросала и с нежностью бросала. Забросала овраг и стала ждать…
А через овраг, наполненный камнями, пошли два маленьких человека: девочка и мальчик.
Девочка шла навстречу мальчику и говорила:
— Какие злые люди забросали овраг камнями. Там внизу были такие красивые цветы!
А мальчик говорил сердито:
— Там внизу жили барсуки, и я ходил на них смотреть. Зачем закрыли их норы? А ты куда идешь? — спросил он девочку.
— Так, гулять.
— Идем к нам в крепость.
И девочка весело побежала с мальчиком в крепость. Айше смотрела им вслед и думала: «Что ж, и я так пойду, как ребенок? Ни за что».
Долго терпела Айше, а потом пошла. Она шла, пошатываясь, и губы ее что-то шептали. Она закрывала свое лицо руками и опять шла. И пришла в крепость. В воротах встретил ее юноша.
— Пришла? — сказал он.
— Пришла, — ответила угрюмо Айше.
— Значит, любишь?
— Люблю, — сказала Айше.
А потом высоко подняла руку и в самое сердце кинжалом ударила юношу.
— Люблю! — еще раз сказала она.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:43 | Сообщение # 6
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Ифигения в Тавриде


Многочисленное греческое войско собралось в поход на Трою. Но вот уже несколько дней греческие корабли стояли у берега и не могли отплыть: дул противный ветер. Этот ветер послала богиня Артемида, разгневавшаяся на греческого царя Агамемнона за то, что тот убил её священную лань.
Напрасно ждали греки, что ветер переменится. Он, не ослабевая, дул в прежнем направлении. В стане начались болезни, среди воинов поднялся ропот. Наконец прорицатель Калхас объявил:
— Лишь тогда смилостивится богиня Артемида, когда принесут ей в жертву прекрасную дочь Агамемнона Ифигению.
В отчаяние пришёл греческий царь. Неужели суждено ему судьбой потерять нежно любимую Ифигению?
Прекрасная и величественная прошла Ифигения среди несметных рядов воинов и встала около жертвенника. Заплакал Агамемнон, взглянув на свою юную дочь, и, чтобы не видеть её смерти, закрыл лицо широким плащом.
Спокойно стояла у жертвенника Ифигения. Все хранили глубокое молчание. Вещий Калхас вынул из ножен жертвенный нож и положил в золотую корзину. На голову девы он надел венок. Вышел из рядов воинов Ахилл. Он взял сосуд со священной водой и жертвенную муку с солью, окропил водой Ифигению и жертвенник, посыпал мукой голову Ифигении и громко воззвал к Артемиде:
— Всемогущая богиня Артемида! Пошли нашему войску благополучное плавание к троянским берегам и победу над врагами!
Взял Калхас в руку жертвенный нож и занёс его над Ифигенией. Но не упала с предсмертным стоном юная дева. Вместо неё у алтаря, обагряя его кровью, билась в предсмертных судорогах лань, сражённая ножом Калхаса.
Свершилось великое чудо: богиня Артемида сжалилась над Ифигенией и сохранила ей жизнь, послав на жертвенник лань. Поражённые чудом, как один человек, вскрикнули все воины. Громко и радостно вскрикнул и вещий Калхас:
— Вот та жертва, которую требовала великая дочь громовержца Зевса — Артемида! Радуйтесь, греки, нам сулит богиня счастливое плавание и победу над Троей.
И действительно, не была ещё на жертвеннике сожжена лань, как подул попутный ветер. Не теряя времени, греки стали готовиться к отплытию.
Богиня Артемида, похитив у жертвенника Ифигению, перенесла её на берег Эвксинского Понта в далекую Тавриду. Там Ифигения стала жрицей в храме богини Артемиды.
Спустя много лет брат Ифигении Орест, выросший за это время и превратившийся в смелого, мужественного воина, отправился вместе со своим неразлучным другом Пиладом в неведомую страну Тавриду. Он должен был привезти оттуда священную статую Артемиды.
После счастливого плавания Орест и Пилад прибыли в Тавриду. Спрятав свой корабль у прибрежных скал, отважные путешественники ступили на чужую землю. Здесь их подстерегала большая опасность.
У тавров, местных жителей, существовал обычай умерщвлять чужеземцев и приносить их в жертву богине Артемиде. Священнодействие совершала жрица, не знавшая брачного факела. Она приводила чужеземца к алтарю, и тот падал под ударом девичьего меча. Голова жертвы в угоду богине укреплялась возле храма на высоком столбе. Орест, конечно, и не подозревал, что этот печальный обряд вот уже многие годы совершает его сестра Ифигения.
Отважные путешественники незаметно подкрались к храму Артемиды. Это было огромное здание, опирающееся на многочисленные колонны. К нему вела широкая, в сорок ступеней, мраморная лестница. Возле храма возвышались столбы, на которых торчали человеческие головы. Поняв, что днём статую Артемиды не удастся выкрасть, Орест и Пилад спрятались и стали ждать ночи.
Но случилось так, что ещё до наступления темноты Ореста и Пилада заметила стража. После короткой, но жестокой схватки их связали и отвели к таврскому царю Фоапту, известнее и могущественнее которого не было в водах эвксинских. Царь спросил пленников, откуда они и зачем прибыли в его страну, а затем объявил, что по местному обычаю они будут удостоены особой чести: их принесут в жертву богине Артемиде.
Утром Ореста и Пилада связанных привели в храм, где у алтаря, сделанного из белоснежного мрамора, их уже ожидала жрица. Покропив пришельцев очистительной водою, покрыв повязками их виски, Ифигения сказала:
— Простите, юноши, я не по своей воле совершаю этот жестокий обряд. Таков обычай здешнего племени. Скажите мне, кто вы?
Услышав в ответ, что они греки и что оба из родного ей города, Ифигения воскликнула:
— Пусть один из вас падёт жертвой нашей святыне, а другой повезёт весть от меня на родину.
Орест и Пилад заспорили. Пилад, желая спасти друга, настаивал на том, чтобы в путь отправился Орест, Орест же твердил, что именно он должен умереть на чужбине.
Пока юноши спорили, кому умереть, Ифигения писала письмо на родину своему брату, которого она оставила когда-то ещё младенцем. И только тогда, когда Ифигения протянула Оресту письмо, они узнали друг друга.
Несказанно обрадовались все трое такой неожиданной встрече и стали думать о том, как спастись им и как увезти священную статую Артемиды.
И решила Ифигения прибегнуть к обману. Она объявила царю тавров Фоапту, что статуя Артемиды осквернена и нужно омыть в море и её и жертвы — двух чужеземцев. Согласился на это Фоапт.
В торжественной процессии пошла Ифигения с прислужницами храма на берег моря к тому месту, где был укрыт корабль. Прислужницы несли статую Артемиды, а воины царя вели связанных Ореста и Пилада. Придя к морю, Ифигения велела воинам удалиться, так как они не должны были видеть тайных обрядов омовения. Когда войны ушли, сестра освободила брата и его друга и поспешила с ними на корабль.
Подозрительным показалось таврским воинам, что так долго длится обряд омовения. Они вернулись к берегу и, к своему удивлению, увидели за скалой чужой корабль, на котором пленники и жрица уже собрались бежать.
Бросились воины на корабль, скрестили мечи, завязалась упорная битва. И хотя воинов было много, Орест и Пилад обратили их в бегство. Не успел гонец сообщить таврскому царю Фоапту о случившемся, как гребцы сели на вёсла, и греческий корабль вышел в открытое море.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:46 | Сообщение # 7
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Легенда о семи колодезях.


Жили когда-то в безводной керченской степи три чабана — отец и два сына.
Весной, когда шли дожди, степь оживала, овраги и долины наполнялись живительной влагой, ярко зеленели растения и тянулись к ласковому солнцу, пели птицы, радовались люди.
Но вот выше и выше поднималось солнце, всё жарче и жарче становились его лучи — наступало знойное лето с беспощадными суховеями. Тогда испарялась влага, высыхала и трескалась земля.
Тогда умирали пожелтевшие растения:
— Пить!
Улетали прочь птицы:
— Пить!
В отчаяние приходили люди:
— Пить!
Однажды в небывало засушливое лето, когда запасы воды закончились, сидели чабаны в степи, словно скифские бабы, угрюмые и молчаливые. Надвигалась беда. Что делать? На север пойдёшь — море увидишь, на юг пойдёшь — тоже к морю попадёшь, везде вода. Но попробуй напиться её: солёная, горькая, к жизни непригодная.
— Не бывает так, чтобы под землёй не текла вода, — задумчиво проговорил отец. — Течёт она так, как течёт кровь в живом теле. И чтобы увидеть её, надо вырыть колодец.
— Что ты, отец, выдумываешь, — отозвались сыновья. — Если бы под землей была вода, она сама бы нашла ход на поверхность.
— Не всё само делается, — ответил отец, — Иногда и руки надобно приложить. Берите лопаты!
Чабаны сняли круг порыжевшего дёрна и врубились лопатами в щебенистую глину. Ни пылающее в бледном, выцветшем небе солнце, ни острая жажда не остановили людей. Гора красноватого грунта росла и росла, яма в толще земли углублялась и углублялась.
К вечеру чабаны врубились в землю почти в два человеческих роста, но воды не увидели. Не увидели они её и на второй вечер, на третий, на пятый, на седьмой…
— Ты, отец, плохое развлечение для нас выдумал, — начали роптать сыновья, — от работы жажда усиливается, а воды всё нет и нет.
— Не ради развлечения мы работаем, дети, а ради жизни на этой земле, — возразил уставшим голосом отец. Не смотря на преклонные годы свои, он работал не меньше сыновей. — Я верю в то, что вода под землей есть, я слышу её. Значит, мы не там копаем, где нужно, значит, надо копать в другом месте…
И чабаны начали рыть второй колодец. Но и за следующие семь дней они не докопались до воды.
За вторым появился третий колодец, потом четвертый, пятый, шестой. И ни в одном из них не было воды.
Роя седьмой колодец, отец и сыновья были настолько измучены, что даже не разговаривали между собой, а молча долбили и долбили сухую крымскую землю. Вечером они падали на комья глины, будто мёртвые. И только утренняя роса освежала их, и они снова брались за лопаты.
В последнюю ночь старый чабан уже не в силах был вылезти из колодца, откуда он подавал грунт наверх, и остался в нём ночевать. Подложив кулак под голову, он сразу же задремал.
И видит старик хороший сон. Ему снится вода. Чистая, прохладная, она наполнила все семь колодезей и разлилась по степи шумливыми ручьями. Ожила напоенная водой крымская степь, запела тысячами птичьих голосов. Сыновья, обливая друг друга водой, смеются, приговаривая:
— А прав был наш отец!
Проснулся ночью старый чабан, пошарил вокруг себя рукой, и лицо его просияло; земля была мокрая. «Близко вода! — подумал старик. — Завтра её увидят сыновья, вот обрадуются!.. Теперь и поспать можно со спокойной душой». И чабан уснул крепким, глубоким сном.
Назавтра один из сыновей опустил в колодец ведро, чтобы отец наполнил его грунтом. Но странно: ведро не ударилось о твёрдое дно, а плюхнулось на что-то упругое. Заглянул сын в колодец и увидел там небо и своё отражение.
— Вода!!! — что есть мочи закричал он.
Подбежал его брат, тоже заглянул в колодец и тоже закричал на всю степь:
— Вода!
Бросились братья ко второму колодцу, к третьему, к четвёртому — в них тоже была вода, Что за чудо? Все семь колодезей были наполнены чистой, прохладной водой.
И показалось молодым чабанам, что всё вокруг изменилось, повеселело. И солнце перестало так немилосердно жечь, и небо стало более голубым, приветливым, и подул свежий ветер, так что стало легче дышать.
— А где же наш отец? — удивились братья.
Они долго ходили по степи и звали отца.
Но тот не откликался.
Так до сих пор и не знают, куда исчез старый чабан. Люди говорят, что он превратился в родник, который и наполнил все семь колодезей живительной водой


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:48 | Сообщение # 8
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Гора двух удодов — Опук.


В той местности, где сейчас высится гора Опук, было в древности большое богатое селение. Жили в нём кроткие, скромные и трудолюбивые люди, которые считали за тяжкое преступление угнетать кого-либо, не знали, что такое насилие.
Однажды недалеко от селения потонул во время бури какой-то корабль. Из всех находившихся на корабле спаслись только две женщины. Их подобрали добросердечные поселяне и приютили у себя.
Жители селения немедленно принялись за работу и в несколько дней выстроили женщинам дом, поставили в нём все, что полагается, подарили каждой по овце, стали заботиться о чужестранках, как о родных дочерях. Старшую звали именем, которое произносилось, как звук О, младшую — Пука. А так как они были неразлучны и всюду появлялись вместе, то их называли не иначе, как О-Пука.
Женщинам всё в селении казалось странным и удивительным. Попали они сюда из страны, где жители были жадны и завистливы, где каждый старался захватить себе побольше всяких ценностей — земли, скота, построек, где одолевали друг друга силой. Женщины знали только такую жизнь.
Прожив несколько месяцев тихо и скромно, они стали тяготиться таким необычайным для них порядком и начали мечтать о господстве над теми, кто их приютил. Это желание с каждым днём все сильнее и сильнее овладевало ими. И женщины мало-помалу начали приводить его в исполнение.
Действовали они осторожно и коварно. Они начали с того, что стали вмешиваться в семейную жизнь поселян, затем попробовали влиять на ведение общественных дел. В конце концов, они возбудили у некоторых жителей общины дотоле неведомые чувства — алчность, честолюбие. Приблизив к себе таких людей, женщины образовали из них свою свиту. Эта свита держала в страхе население. Все это напоминало чужеземным женщинам порядки их далекой страны.

Все стали замечать, как меркла, тускнела день ото дня красота чужестранок. И они заметили это. Тогда женщины принялись наряжаться в немыслимо пёстрые платья, которые называли мантиями, натирать себя благовонными мазями, румяниться, на головы надели особенные уборы, гордо именуя их коронами. Царицы, говорили они, должны быть нарядными.
Простосердечные поселяне молча сносили тяготы новой власти. Но О и Пуке казалось мало достигнутого, Они приказали изготовить и выставить на площади свои каменные изображения и требовали поклонения им, как богам. Слуги цариц согнали поселян, и те построили вблизи изваяний высокие кресла — троны. По утрам царицы усаживались на троны, а согнанный на площадь народ опускался перед ними на колени. Вид поверженных людей наполнял радостью сердца чужеземок. А в дни новолуния у каменных истуканов закалывали жертву — какое-либо животное.
Кротким жителям ничего не оставалось делать, как уходить из родных мест и искать прибежища у соседних народов. Пустел посёлок, становилась бесплодной земля, разрушались жилища.
Шел с востока в сторону посёлка странствующий мудрец. Всю жизнь посвятил он изучению жизни, помогал людям разумным словом. Горела в его сердце большая любовь к человеческому роду, и думал он только о том, чтобы сделать людей счастливыми.
Чем ближе подходил мудрый старец к посёлку скромных и кротких тружеников, тем больше узнавал об их ужасной судьбе. Ускорил шаг старый человек, догадывался, что нужно там его слово.
И вот он в посёлке. Со всех сторон идут к нему люди с жалобами.
— Когда от вас снова потребуют жертвоприношения? — спросил старец.
— Когда подойдет новолуние, — ответили ему.
— Я в тот день явлюсь к вам, и вы будете избавлены навсегда от злых существ.
День новолуния совпадал с годовщиной захвата власти чужеземками. Согнали всех взрослых и детей на площадь. Явились перед ними в нелепых пёстрых нарядах царицы. И вдруг, не ведая, что творится в душах собравшихся, О и Пука перед жертвоприношением сказали:
— Кто пожертвует собой для прославления нашего имени и великих дел?
При этих словах все оцепенели от ужаса. Молчали, опустив головы.
— В таком случае пусть решит жребий, кто достоин стать жертвой, — сказала старшая и велела молодым людям отойти от пожилых. — И вместо одной жертвы восславят нас две…
В эту минуту появился в толпе мудрый старец. Смело подошел он к тронам, снял с плеч котомку и громко сказал:
— Ничтожные существа! Эти люди дали вам приют и пищу. A вы, заражённые ненасытным властолюбием, поработили их. Вы заставили поклоняться своим изображениям, обездолили жизнь этих покорных людей, а теперь требуете их крови! Неблагодарные! Вы вообразили, что терпению этих тружеников не будет конца и что не найдется никого — кто сумел бы наказать вас. Ошибаетесь! — голос старика загремел.
— Это что за комар жужжит у наших ног? — крикнула, вскочив, младшая.
— А вот узнаешь! — повысил голос старик и обратился к поселянам. — Какому наказанию подвергнуть дерзких?
— Делай с ними, что хочешь, только избавь нас от этих хищных птиц! — закричал народ.
— Эй, воины! — позвала старшая, — Хватайте подлого старика!
— Не трогайтесь с места! — голос старца разнесся во круг громовыми раскатами. Подняв руки к потемневшему небу, старец произнёс: — Проклинаю вас, ничтожные твари, и да превратитесь вы в птиц, на которых вы похожи. А троны ваши да превратятся в скалу!
В этих словах будто соединились вся ненависть и презрение жителей поселка к наглым честолюбицам. Была в словах такая сила, что не успел старец замолкнуть, как заколыхалась земля и пред расступившимся народом поднялась из нее скала, на вершине которой сидели две птицы. У них были перья пёстрые, словно одежды исчезнувших женщин, а на головах поднимались гребни наподобие царских корон. Прижавшись друг к другу, птицы неистово кричали: — О-пук! О-пук!
Так кричат удоды, и печален их крик, как печальна судьба низвергнутых цариц, ожесточивших народ.
С той поры и называется эта скала горой Опук. На ней постоянно живут два удода, две самки; живут они сотни лет, но не могут дать племени от себя, потому что потомству от существ, которыми они были когда-то, не должно быть места на земле.
А вскоре недалеко от берега, на том месте, где когда-то потонуло судно, поднялись со дна моря два больших камня, очертаниями похожие на корабли.
Эти камни-корабли напоминают жителям посёлка об опасности, какой грозит заморская страна. Пусть не забывают, что оттуда попасть могут к ним нелюди и принести злое горе.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:50 | Сообщение # 9
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
О девичьей башне в судаке.


На склонах высокой скалистой горы в Судаке видны остатки крепости. До сих пор сохранились стены и оборонительные башни, увенчанные зубцами, храмы и замки, где жили в средневековой Сугдее генуэзские консулы.
На самой вершине горы стоит одинокая башня. К ней ведет крутая тропинка со следами выбитых в скале ступенек.
Говорят, что в те древние времена, когда этой местностью владели еще греки, башня уже существовала и в ней жила дочь архонта, гордая красавица, равной которой не было в Тавриде.
Говорят, Диофант, лучший полководец Митридата, царя Понтийского, тщетно добивался ее руки, а местная знатная молодежь не смела поднять на нее глаза.
Никто не знал, что девушка уже любила — любила простого деревенского пастуха.
И вот как это случилось.
Любимая прислужница дочери архонта сорвалась с кручи и погибла. По обычаю, несчастную девушку похоронили там, где она умерла, и на могильной плите сделали углубление, чтобы в нем собиралась роса, и птицы, утоляя жажду, порхали над могилой и пели умершей свои песни.
Однажды дочь архонта пошла на могилу своей рабыни покормить птиц и тогда впервые увидела у могильной плиты пастуха. Юноша сидел, задумавшись. Красивое смуглое лицо его выражало грусть, а пышные кудри рассыпались по плечам и шевелились под ветром.
Они стали разговаривать. Знатная девушка спросила юношу, кто он, откуда родом.
— Как видишь — пастух, а родом... Мать нашла меня в огороде.
Она улыбнулась.
— А почему ты грустный?
— Потому, что некому смотреть на меня.
И засмеялся, да так хорошо, что ей показалось, будто никто никогда так не смеялся.
Болтая, они не заметили, как бежало время. Обоим было легко и радостно, и ничто не напоминало, что она — дочь архонта, а он — пастух. Разве для сердец это важно?
С тех пор только мечтами о пастухе и жила прекрасная девушка, а пастух считал, что среди богов и людей не было его счастливей.
Но как-то увидели их вместе и донесли об этом архонту. Приказал архонт схватить пастуха и бросить его в каменный колодец, холодный и тесный, как могила.
Прошло несколько дней, пока узнала обезумевшая от горя девушка, где ее возлюбленный. Лаской, подкупом, хитростью, но она сумела освободить узника из темницы и принесла к себе.
Без сознания лежал пастух в комнате девушки, когда открылась дверь и вошел архонт. Он гневно поднял руку, хотел что-то сказать людям, которые пришли с ним, но увидел смертельно бледную дочь, ее горящий решимостью взгляд и отступил. Легкая усмешка скользнула по его лицу.
— Позовите лекаря, — велел он.
Когда пришел врач, архонт сказал ему громко, чтобы все слышали:
— Я не хочу омрачать печалью добрые чувства моей дочери. Ты должен спасти его ради ее счастья.
И юноша был спасен.
Но архонт вовсе не думал согласиться с выбором дочери. Один вид пастуха вызывал в нем глухую злобу. Он решил хитростью разъединить их, а затем как можно быстрей выдать дочь замуж.
Вскоре уходил корабль в Милет. С этим кораблем архонт хотел отправить пастуха в Грецию якобы с важным поручением.
Архонт велел юноше готовиться в путь.
— Через год, — сказал он дочери, — корабль вернется назад. Если твой возлюбленный не изменит тебе, ты увидишь на мачте белый знак. И тогда я не буду противиться твоему счастью. Но если на корабле не будет этого знака, ты не должна отчаиваться: значит, он не достоин тебя. И ты должна будешь согласиться, чтобы твоим мужем стал Диофант.
А мореходам архонт приказал умертвить пастуха по дороге в Милет.
Для девушки потянулись серые дни, время ползло, как черепаха.
Целыми днями проводила дочь архонта в башне и только изредка спускалась к могиле, где впервые встретила пастуха.
Прошел год.
Все тревожнее становилось девушке, все чаще выходила смотреть, не появился ли корабль с белым знаком.
Однажды все население города собралось на пристани: прибыл корабль из далекого Милета. Но ожидаемого знака дочь архонта не нашла на мачте.
Позвала она рабынь и велела подать себе самую лучшую тунику и диадему из сапфира и опала. Была она бледна и, как никогда, красива.
Девушка поднялась на вершину башни, туда, где ее опоясывают зубцы.
— Позовите Диофанта, — попросила девушка. Вскоре на вершину башни взбежал влюбленный полководец и кинулся к дочери архонта. Она остановила его жестом.
— Ты домогался меня, не спрашивая, нужен ли ты мне, — сказала она.
— А ты ведь знал, что я люблю другого — пастуха, который где-то погиб или убит. Что же ты хотел взять у меня, если тебе не нужно было мое сердце? Я должна была стать твоей наложницей, называясь твоей женой. Ничтожные люди! И ты, и отец мой! Вы не знаете, что такое сердце и любовь. А я покажу вам.
Дочь архонта быстро подошла к просвету между зубцами и бросилась вниз.
...С той поры башню на скале называют Девичьей.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:53 | Сообщение # 10
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
О стене Мангупа.


Говорят, что стена крепости Мангупа со стороны ущелья Табана-дере была разрушена каким-то богатырем. Пришел он сюда из далеких стран. Донесся к нему слух, что у мангупского князя есть дочь — неописуемая красавица.
Богатырь этот, явившись к Мангупу, потребовал, чтоб князь показал ему девушку.
Князь принял его по-княжески: выслал несколько воинов с приказанием принести голову дерзкого пришельца.
И с кем задумал тягаться! Богатырь расшвырял кучку воинов, направился к воротам Мангупа и опрокинул их. И не только опрокинул, но и сбросил верхнюю часть крепостной стены, а вместе с нею засевших там княжеских слуг.
Покончив с этим, герой снова потребовал привести красавицу, грозя превратить весь город в развалины. Перепуганный князь вывел свою дочь.
Осмотрел ее с головы до ног богатырь и громко рассмеялся:
— И чтобы я слушал еще всякую чепуху! Да это же заморыш…
Пожелав девушке такого же тщедушного супруга, как она сама, он быстро удалился.
Пораженный таким оборотом сватовства, князь Мангупа долго стоял молча, потом покачал головой и грустный ушел во дворец, А когда починяли стену, приказал вырубить на одной из плит надпись, восхваляющую людей сильных и великодушных.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:55 | Сообщение # 11
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Камни мать и дочь в долине Качи.


Жила в деревне девушка, звали ее Зюлейка. Хорошая девушка. Всем она взяла — и красотой, и сердцем добрым, и умом ясным. О хорошем незачем долго рассказывать, хорошее само умеет говорить, только увидеть надо.
О глазах можно сказать — хорошие были глаза. А какие хорошие? А вот какие: если на базаре на какого-нибудь мужчину посмотрит, то драка начинается. Каждый говорит: на меня посмотрела. Так дерутся, ни покупать, ни продавать нельзя. Зюлейка и на базар не ездила, боялась.
А что сказать о ее губах... Кто видел вишню, когда она зреет, не тогда, когда уже темная, а когда только зреет, тот и видел губы Зюлейки.
А что сказать о ее щеках... Идет она по дороге, а куст шиповника цветет, и закроется он весь, от зависти померкнет, чахнуть начинает.
А что сказать о ресницах... Если на ресницы пшеницу насыпать, а Зюлейка глаза поднимет, на голову зерна взлетят.
А косы у Зюлейки черные, мягкие, длинные. И вся Зюлейка высокая, тонкая, но крепкая, ноги легко ее несли.
Жила Зюлейка с матерью, бедною вдовою. Никого у них не было — ни брата, ни дяди. Большая мастерица была Зюлейка, вместе с матерью холсты ткала, холсты длинные-предлинные: вдоль пойдешь — устанешь и тонкие-тонкие: будешь лицо вытирать, будто лучом света прикоснешься.
Много надо холста ткать, чтобы жить. Много надо белить полотна в речке. А воды где взять? Воды в Каче мало: день бежит, два дня не показывается. Зюлейка была хитрая девушка. Песню запоет, вода остановится, тоже слушать хочет, как девушка поет. А внизу все ругаются — воды нет.
А она поет да белит, поет да белит, а кончит — домой пойдет. Воде стоять больше нечего, скорее побежит дальше, все ломает, ничто ее не удержит. Люди говорят — наводнение. Неправда, это Зюлейка песни кончила петь. Вся вода, что слушала ее, заторопилась дальше по своей дороге.
Хорошая девушка была Зюлейка, умелая, веселая, певучая.
А жил в долине недалеко от Зюлейки грозный Топал-бей. Его мрачный замок стоял на скале, охраняли его свирепые стражи. Но ничем не был так страшен бей, как своими двумя сыновьями.
Когда родились они, бабушка, которая их принимала, застонала, пожалела мать:
— Что у тебя случилось, словами не рассказать! У тебя два мальчика родились. Радоваться надо, только ты плачь: у обоих сердца нет.
Мать засмеялась. Чтобы ее дети остались без сердца? А она зачем?
— Я возьму свое сердце, отдам по половинке. Материнское сердце не такое, как у всех, пополам на двоих хватит.
Так и сделала. Да ошиблась мать. Плохими росли дети, всегда ругались, спорили, за ножи хватались. Росли жадными, ленивыми, лукавыми. Кто больше всех дрался? Дети бея. Кто больше всех пакостил? Дети бея. А мать их баловала, самые лучшие шубы, самые лучшие шапки, самые лучшие сапоги на них надевала. Но они всегда были недовольны.
Подросли братья, бей послал их в кровавые набеги. Несколько лет гуляли они по далеким местам, домой не возвращались. Только караваны с награбленным добром к отцу посылали, отцовское сердце радовали.
Приехали, наконец, домой сыновья Топал-бея. Не только на руках, на сердце у них кровь запеклась. Научились страшным играм — в людей стрелять, пленных убивать. Затрепетало все кругом в страхе. Темными ночами рыскали братья по деревням, врывались в дома поселян, уносили с собой все дорогое, уводили девушек. И ни одна из них не выходила живой из замка Топал-бея.
Ехали братья с охоты через деревню Зюлейки, увидели ее, и решил каждый: моя будет.
— Молчи ты, кривоногий! — закричал один.
— Ну что ж, что кривоногий, — ответил второй, — зато я на два крика раньше тебя родился.
Разъярились братья, кинулись друг на друга. Да отошли вовремя. И сказал один другому: кто раньше схватит ее, того и будет.
Следили братья, как хищные звери, что каждый делает. И пошли оба в деревню девушки. Шли не так, как хороший человек идет. Хороший человек идет — поет, пусть все люди о нем знают. А эти шли, как воры, тихо, ползли, чтоб никто не видел.
Пришли к хижине Зюлейки. Нет там мужчин, защищать девушку некому. Каждый свой дом смотрит, а у Зюлейки нет ни брата, ни дяди.
Слышит девушка, в окно лезут. Она мать крикнула, в дверь выбежала. Ей бы по деревне бежать, а она по дороге бежит, и мать за нею.
Наконец устала Зюлейка, говорит матери:
— Ой, ой, мама, боюсь. Нет спасения нам! Мать ей говорит:
— Беги, девочка, беги. И не бойся, дитя!
Еще дальше бежит, ноги совсем устали. А братья близко, вот они уже за спиной, оба схватили разом, с двух сторон тянут, рвут к себе девушку. Закричала она:
— Не хочу быть в руках злого человека. Пусть камнем на дороге лягу. И вам, проклятым, окаменеть за ваше зло.
Крепкое слово было у девушки, у чистой души. Стала она в землю врастать, камнем становиться. И два брата возле нее легли обломками скал.
А мать за ними бежала, сердце в груди держала, чтоб не вырвалось. Подбежала, увидела, как Зюлейка и братья-звери в камень одеваются, сказала:
— Хочу всю жизнь на этот камень смотреть, дочку свою видеть.
И такое крепкое слово было у матери, что как упала она на землю, так тоже камнем стала.
И так стоят они до сих пор в долине Качи.
А все сказанное — одна правда. Люди часто подходят к камням, прислушиваются. И тот, у кого сердце чистое, слышит, как мать плачет...


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 21:57 | Сообщение # 12
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
О скалах Дива, Монах и Кошка в Симеизе.


В те далекие времена Южный берег был покрыт дремучим лесом, но селения уже соединились узкими тропинками.
Среди безлюдных скал Симеиза появился отшельник. Долго не знали, кто он. Однако людская молва все-таки принесла рассказы о его жизни. Покачали головой люди. Много страшного было занесено в книгу дней этого человека.
Беспощадный и жестокий воин, он долгие годы огнем и мечом опустошал многие страны, разорял города, жег селения, усеивая свой путь десятками трупов беззащитных стариков, детей и женщин. Особенно много было на его совести девушек: их захватывал он и себе на утеху и для продажи в неволю.
Ужасные видения долго мучили этого человека. Жертвы его злодеяний проносились перед ним чередой, взывая к возмездию.
Решил искупить этот злодей вину перед своими жертвами. Разыскал в скалах Симеиза пещеру и поселился в ней, питался одними дикими плодами, лишь иногда позволял себе съесть немного рыбы, которую ловил в море. Надеялся изнурить себя постом так, чтобы не иметь сил даже вспоминать.
Миновали годы. В конце концов люди забыли прошлое отшельника. Новое поколение знало его как человека чистой жизни. В народе прослыл он мудрым. Пастухам, которые встречали иногда отшельника, казалось, что вокруг его головы светилось сияние, а это они считали знаком необычайной праведности человека.
Редко подходили люди к пещере отшельника. Не любил он людей: напоминали ему они о прошлом.
За долгие годы одиночества многое из своей прошлой жизни старик, наконец, и сам забыл. Забыл и стал считать, что так, как он живет в пещере, он жил всегда. Никогда никаких преступлений не совершал, никакого раскаяния перед людьми испытывать не должен. Проникся он гордостью великой и все чаще смотрел на людей, как на существа низшие, порочные, не ровня ему, праведнику.
Дьявол и злой дух не могли спокойно относиться к такой незаслуженной славе старика. Ведь он был им сродни — грабитель и убийца. Им стало обидно. Они — не хуже его, а как презирают их и как восхваляют его!
Начали они искать какую-нибудь старую склонность в старике. Не могли найти: далеко спрятал он свою былую алчность, жестокость, развращенность. Долго обдумывали, как же подступить к его душе. И придумали.
Обернулся дьявол кошкой. В ненастную ночь стал царапаться в дверь пещеры отшельника и жалобно мяукать. Сжалился старик, пустил кошку в тепло.
И прижилась кошка в пещере. Днем спала, по ночам охотилась, а по вечерам у огня мурлыкала свои песни. Рисовали эти песни отшельнику картины тихой жизни у очага, в кругу детей и близких. Разъярился старик. В его ожесточенном сердце никогда раньше не было места для таких человеческих радостей, ненавистны были они ему и теперь. Схватил старец кошку за хвост и вышвырнул из пещеры...
Засмеялись дьявол и злой дух от удовольствия: заставили отшельника показать свою истинную душу.
Наступила очередь злого духа. Обернулся он красивой девушкой. И когда однажды старик закинул сеть в море, чтобы наловить рыбы, злой дух юркнул в нее. Вытащил отшельник сеть на берег, а в ней не рыба, а девушка, едва прикрытая остатками одежды. Лежит с закрытыми глазами, свежа, обольстительна. Изумился такому диву старик, кинулся к девушке, стал приводить ее в чувство.
Вздохнула красавица, приоткрыла глаза, ласково посмотрела на отшельника. Улыбнулся он девушке, присел возле нее. Хотел расспросить, кто она и как попала в сети. А девушка вскинула руки на его плечи и крепко поцеловала в губы. Проснулось в отшельнике прошлое. Жадно привлек он красавицу к себе...
Засмеялись дьявол и злой дух от удовольствия, что еще раз заставили отшельника показать свою истинную душу. Громом прокатился их злорадный смех.
Но не стерпели добрые силы мира надругательства над тем, что свято для рода человеческого: над семейным очагом и чистой любовью. Не могли больше стерпеть обмана, который сеял отшельник. И в наказание превратили всех трех в камень...
И с той поры стоит у моря скала Дива, не спускает глаз с нее скала Монах, а за ними, словно сторожит их, гора Кошка.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 22:00 | Сообщение # 13
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Птица счастья с соколиной горы.


Встретились два соседа: бедный и богатый.
— Что ты такой грустный? — спросил богатый бедного.
— А что же веселиться, — сказал бедный, — счастья ни на что у меня нет. Говорят, есть на свете справедливость, да видно, не для бедняков! Тебе богатство само в руки лезет, хоть ты в торговле без конца людей надуваешь, а вот мне досталось совсем не то: много детей и мало прибытку. Богачи имеют сады и виноградники в долинах, воды там много и урожаи большие, а мне, бедняку, отвели участок на бугре, под самой Соколиной скалой, что возле Ай-Петри. Вот и бьюсь, как рыба об лед. Кругом кустарник, камни. Что там будет расти? Дети мои редко когда кусок хлеба видят. Нет у меня счастья, — закончил бедняк.
— Откуда ты счастья ждешь? — спросил богатый. — Счастье надо самому добыть. Ты не слыхал, как бывалые люди рассказывали, будто на Соколиной скале есть пещера, а в ней птица живет, которая счастье приносит. Как жар горит! Поймай ее, и счастье будет твое. Только, — продолжал богатый, — не дается она легко. Много, много людей хотели поймать Птицу Счастья, да сами навсегда в пещере остались, — очень там глубоко и страшно.
С того дня, как поговорил бедняк с богатым, не стало покоя бедняку. Все из рук валится: Птица Счастья на уме. Однажды взял он канат, мешок, длинную палку и полез на скалу.
Ох, и трудно же было лезть! Ожиной все заросло, держи-деревом, колючки в тело впиваются. А как на самую верхушку взбираться стал бедняк, тут уж совсем дело дрянь вышло: на два шага подымется, а четыре назад ползет. Хорошо, что в руках была толстая палка, а то никогда не поднялся бы на Соколиную скалу.
Вот под самым верхом и пещера. Сел у края ее бедняк, покурил, отдохнул немного. Влез он в пещеру, а в ней сразу с самого края пропасть начинается, стены отвесные, как у колодца, и дна не видно.
Обвязал себя смельчак канатом, один конец к корню дерева прикрепил и стал спускаться. Спустился немного, вдруг подул со дна пещеры сильный ветер и чуть бедняка наверх не выкинул. А бедняк хитрый: уперся ногами в стены пропасти и давай дальше лезть, вниз. Еще немного спустился, стали птицы крыльями хлестать его. Отбился и от них.
Лезет и лезет бедняк вниз. Целый день лез. В пещере темно, ничего не видно. Вот как будто дно пещеры, а в стороне дыра, пролезть можно. Иссякли силы у бедняка, а охота ему Птицу Счастья поймать. Пролез еще в одну дыру, и вдруг необыкновенным светом ему в глаза ударило., Закрылся рукой счастливец, весь так и дрожит.
“Вот она где, Птица Счастья, — думает, — как бы не убежала!”
Пролез еще немного, стал подкрадываться к Птице Счастья. Той уже деваться некуда. Забилась она в угол и пищит. Снял бедняк шапку с головы, накрыл птицу и скорее ее в мешок. Стал назад карабкаться. Долго поднимался, измучился весь, но, наконец, выбрался наверх, покурил и давай домой бежать. Дома жену и детей чуть насмерть не перепугал, когда увидели они его без шапки и всего ободранного. Заплакала жена:
— Что ты сделал? Одни штаны у тебя были, и от тех лохмотья остались!
— А ты, жена, не плачь, — сказал бедняк. — Что там штаны! Я Птицу Счастья поймал, теперь заживем!
Поел бедняк похлебки и давай для Птицы Счастья клетку мастерить. Делает клетку и все думает, как бы это от птицы побольше счастья взять.
Долго думал и решил так: пока от птицы добра дождешься, лучше сразу за нее деньги получить. Бедняк слыхал, что хан в Бахчисарае за всякие диковинки много платит.
— Пойду, отдам хану Птицу Счастья, — сказал жене бедняк, — а хан даст золото, вот мы и разбогатеем!
Посадил бедняк птицу в клетку, и, пока мешком накрывал ее, чуть не ослепли жена и дети — такой свет наполнил убогую хижину.
Пошел бедняк в Бахчисарай. Долго шел, наконец добрался. Расспросил дорогу к дворцу. Стража не пустила бедняка к хану. А сказал бедняк, с чем он пришел, — и не только калитку, даже главный вход открыли, как для дорогого гостя. Переступил порог бедняк и подумал: “Вот где счастье начинается!”
Попал он в ханские покои. Толстый хан важно сидит на подушках, а кругом министры стоят.
— Правда, что ты мне принес Птицу Счастья? — спросил хан бедняка.
— Правда, повелитель, вот она! — и бедняк указал на клетку.
— А ну, покажи, — сказал хан.
Снял бедняк мешок с клетки. Как брызнет от птицы сверкающим светом и опаляющим жаром... Министры все на пол попадали, а хан в испуге подушкой закрылся.
— Скорей, скорей закрывай клетку! — кричит хан бедняку.
Опять тот клетку мешком закрыл. С пола поглядывают министры, а хан спрашивает:
— Эй, ты, чертов сын, хорошо закрыл?
— Хорошо, повелитель, — ответил бедняк. Вылез хан из-под подушки, смеется:
— Вот так штука интересная! А можешь ты поймать еще такую птицу? — спросил хан бедняка. Не оробел бедняк:
— Что же, — говорит, — трудно, но можно.
— Подумаю я, как наградить тебя за подарок по-хански, — сказал хан. — А пока сдай птицу моему первому министру.
Отдал бедняк то, что добыл с таким трудом. Щедро наградил хан бедняка: велел снять ему голову с плеч, чтобы отважный охотник еще кому-нибудь другому не поймал птицу, которая приносит счастье.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 22:01 | Сообщение # 14
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Легенда о золотом пляже.


Жил когда-то в Ялте турецкий правитель всей округи Амет-ага. Более злобного притеснителя не встречали ещё жители Южного берега. Самым большим удовольствием для аги было издеваться над стариками. Но хуже самого аги была его жена злая, ненасытная Ходжава, действовавшая заодно с сыном своим, прозваным за жестокость Дели-балта, то есть бешеный топор.
Злая Ходжава беспрерывно подговаривала мужа и сына совершать насилия над беззащитными жителями Ялты и её окрестностей, грабить несчастных, отбирать последние гроши у них. Ни одна лишняя монета не могла укрыться от жадных глаз аги, его супруги и сына.
Так богатела эта семья на несчастье и горе людей. Вскоре сундуки злой Ходжавы были наполнены золотыми и серебряными монетами, браслетами, янтарём, дорогими тканями.
Но вот подошёл конец господству турок в Крыму. Амет-ага, его жена Ходжава и сын Дели-балта спешно покидали крымские берега. Ходжава перенесла все сундуки на судно, готовое отплыть в Синоп. Вслед убегавшей семье неслись проклятия дочиста ограбленных ею местных жителей.
Но как только тяжело нагруженное всяким добром судно вышло в открытое море, поднялась сильная буря. Ветер и волны швыряли судно, как ореховую скорлупу. Сломался руль, ветер порвал паруса и снасти, и лишённый управления, корабль стал гибнуть. Жители Ялтыстояли на берегу и смотрели в море, где воздавалось возмездие тем, кто нажился на слезах и страданиях народа.
Буря была так сильна, что никто не мог помочь погибающим, если бы даже хотел этого. Судно вынесло к Ореанде, что возле Ялты. Здесь оно было разбито, и обломки его выбросило на берег. Злая Ходжава, её муж и сын камнем пошли на дно под тяжестью зашитых в их одежде золотых монет.
Прибежал народ в Ореанду, и увидели все, что песчаный берег усеян золотыми и серебряными вещами.
- Смотрите, весь пляж золотой! - кричали дети. А взрослые тем временем собирали богатства и делили их между собой.
С тех пор берег возле Ореанды стал называться Золотым пляжем.
Говорят что даже теперь, во время сильных бурь на Чёрном море, волны продолжают выбрасывать на этот пляж измельчённое золото, оно светится и переливается солнечными бликами в мелкой гальке...


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 22:04 | Сообщение # 15
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Фонтан слёз Бахчисарайского дворца.


Свиреп и грозен был хан Крым-Гирей. никого он не щадил и никого не жалел. Сильный был хан, но сила его уступала жестокости. Он приказал вырезать всех мальчиков своего рода, даже самых маленьких, кто был ростом не выше колёсной чеки, чтобы никто не помышлял о власти, пока он, хан, жив. Когда набеги совершал Крым-Гирей, земля горела, пепл оставался. Никакие жалобы и слёзы не трогали его сердце, он упивался кровью своих жертв. Трепетали люди, страх бежал впереди имени его.
- Ну и пусть бежит, - говорил хан, - это хорошо, если боятся...
Власть и слава заменяли ему всё - и любовь, и ласку, и даже деньги не любил он так, как славу и власть.
Какой ни есть человек, а без сердца не бывает. Пусть оно каменное, пусть железное. Постучишь в камень - камень отзовётся. Постучишь в железо - железо прозвенит. А в народе говорили - у Крым-Гирея нет сердца. Вместо сердца у него - комок шерсти. Постучишь в комок шерсти - какой ответ получишь? Разве услышит такое сердце? Оно молчит, не отзывается.
Но приходит закат человека, постарел некогда могучий хан. Ослабело сердце хана, и вошла в него любовь. И поросшее шерстью сердце стало совсем человеческое. Голое. Простое.
Однажды в гарем к старому хану привезли невольницу, маленькую худенькую девочку. Деляре звали её. Привёз её главный евнух, показал Крым-Гирею, даже зачмокал от восхищения, расхваливая невольницу.
Деляре не согрела лаской и любовью старого хана, а всё равно полюбил её Крым-Гирей. И впервые за долгую жизнь свою он почувствовал, что сердце болеть может, страдать может, радоваться может, что сердце - живое.
Не долго прожила Деляре. Зачахла в неволе, как нежный цветок лишённый солнца.
На закате дней своих любить мужчине очень трудно. От этой любви сердцу всегда больно. А когда любимая уходит из жизни, сердце плачет кровью. Понял хан, как трудно бывает человеческому сердцу. Трудно стало великому хану, как простому человеку.
Вызвал Крым-Гирей мастера иранца Омера и сказал ему:
- Сделай так, чтобы камень через века пронёс моё горе, чтобы камень заплакал, как плачет мужское сердце.
Спросил его мастер:
- Хороша была девушка?
- Мало что знаешь ты об этой женщине, - ответил хан. - Она была молода. Она была прекрасна, как солнце, изящна, как лань, кротка, как голубь, добра, как мать, нежна, как утро, ласкова, как дитя. Что скажешь плохого о ней? Ничего не скажешь, а смерть унесла её...
Долго слушал Омер и думал: как из камня сделаешь слезу человеческую?
- Из камня что выдавишь? - сказал он хану. - Молчит камень. Но если твоё сердце заплакало, заплачет и камень. Если есть душа в тебе, должна быть душа и в камне. Ты хочешь слезу свою на камень перенести? Хорошо, я сделаю. Камень заплачет. Он расскажет и о моём горе. О горе мастера Омера. Люди узнают, какими бывают мужские слёзы. Я скажу тебе правду. Ты отнял у меня всё, чем душа была жива. Землю родную, семью, имя, честь. Моих слёз никто не видел. Я плакал кровью сердца. Теперь эти слёзы увидят. Каменные слёзы увидят. Это будут жгучие слёзы мужские. О твоей любви и моей жизни.
На мраморной плите вырезал Омер лепесток цветка, один, другой... А в середине цветка высек глаз человеческий, из него должна была упасть на грудь камня тяжёлая мужская слеза, чтобы жечь его день и ночь, не переставая, годы, века. Чтобы слеза набегала в человеческом глазу и медленно-медленно катилась, как по щекам и груди, из чашечки в чашечку.
И ещё вырезал Омер улитку - символ сомнения. Знал он, что сомнение гложет душу хана: зачем нужна была ему вся его жизнь - веселье и грусть, любовь и ненависть, зло и добро, все человеческие чувства?
Стоит до сих пор фонтан и плачет, плачет день и ночь...
Так пронёс Омер через века любовь и горе: жизнь и смерть юной Деляре, свои страдания и слёзы.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 22:06 | Сообщение # 16
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Скалы-близнецы у Гурзуфа.


В тех местах, где ныне Гурзуф, в давние времена все было покрыто дремучими лесами. Много зверей водилось в тех лесах: и медведи, и олени, и барсы. Люди жили только на вершине Медведь-горы. Там стоял величественный замок. Далеко видны были его высокие башни, еще дальше разносилась слава о его владельцах - князьях Петре и Георгии. Они были близнецами. Их мать княгиня Елена, умирая, завещала им жить в мире и с честью носить отцовские доспехи. Вечно были братья в походах, на охоте. Мало жили в замке они, а когда бывали там - от подножия и до вершины звенела гора музыкой. Моряки, которым случалось в те ночи плыть мимо Медведь-горы, пугались зарева на небе от огней костров и смоляных бочек...
Жили братья дружно, в бою рядом сражались, защищая один другого. Где меч одного промахнется, там меч другого попадет в цель.
Много верных слуг было у молодых князей, но вернее всех служил им старый Нимфолис, страшный вид имел он: борода зеленая, руки длинные, до колен, глаза суровые, исподлобья глядят. А ударит он палицей - сотни врагов валятся. Свистнет старый - трава к земле пригибается, море рябью подергивается. Любили князья Нимфолиса. Во всем слушались его.
Прошел не один год со дня смерти княгини Елены. Возмужали князья, красивее их по всему Черноморью никого не было. Кудри до плеч, глаза, словно угли горящие, глянут ласково, будто осчастливят навек, грозно глянут - задрожишь. Стройные, смелые, с гордым взглядом, со смелой поступью - они были любимцами народа и грозой врагов.
Однажды в темную ночь стучит к братьям старый Нимфолис. Встают братья и спрашивают:
- Что тебе надо, дорогой?
- Я пришел с вами проститься. Ухожу. Не уговаривайте меня, на то не моя воля. А на прощанье даю вам по подарку. Вы постигните тайну живущего, узнаете, как устроен мир и из чего он состоит. Но помните: никогда не пользуйтесь этим даром с корыстной целью, для какого бы то ни было насилия, пусть он служит вам только для радости познания.
Поставил он на стол два перламутровых ларца и исчез. Бросились братья к ларцам, открыли их. Нашли в одном костяной жезл с надписью: "Подними его - и расступится море, опусти его - узнаешь обо всем, что есть в пучине", а в другом ларце - два серебряных крыла, тоже с надписью: "Привяжи их - и понесут тебя, куда захочешь, узнаешь там все, что пожелаешь".
Рады были братья волшебным подаркам, но еще больше жаль было Нимфолиса.
Однако ничего не поделаешь. Потосковали братья и стали жить, не раз вспоминая как приходил к ним печальный Нимфолис в свою последнюю ночь. Обрывалась тогда музыка, стихало веселье в залах замка, омрачались тоской лица братьев.
Притупилась грусть, еще интереснее зажили братья, время побежало еще быстрей. Как задумают братья, рванется один в голубую высь, а другой по таинственному дну моря с жезлом пойдет, поражая морских чудовищ твердой рукой, которая никогда не дрожала. Изумлялись гости дивным рассказам Георгия о дальних странах, содрагались самые храбрые при виде страшных чучел Петра.
Но вот услыхали братья, что в далеком славном городе на быстрой реке есть у князя две сестры, девушки-близнецы, как сами братья. Говорили, что сестры - красавицы отменные, такие стройные, что когда идут, будто корабль по тихому морю плывет, такие смелые, что гордый взгляд своих голубых глаз ни перед кем не опускают.
Братьям бы прийти с миром да лаской, заслужить приветливостью любовь и уважение, показать себя во всей душевной красе, а они по-другому сделали, по-плохому.
Налетели на далекий славный город, жителей побили, сестер-красавиц силой взяли. А силой взятое - не любовью взятое. Насилие и любовь никогда не уживутся.
И хотя появились женщины в замке братьев, не изменилось в их жизни ничего. Орлы встретили орлиц. Не захотели гордые сестры принять братьев, отвергли их любовь, которую те хотели подарить им в неволе. Если бы в поднебесье, паря в неоглядном просторе, нашли бы они друг друга... А в клетке тесной, стальными прутьями перевитой, омертвела душа у сестер и ничего в ней не осталось, кроме презрения и ненависти к братьям.
Дрогнули сердца братьев от боли. И захотели они любой ценой купить любовь сестер. Приходят к ним и говорят:
- Не заставляйте нас горевать, не мучайте нас... Скажите, что хотите вы за свою любовь?
Гордо отвернулись от них сестры, долго молчали, одна, с виду постарше, сказала не глядя:
- Свободу раньше дайте нам. А потом будем говорить как равные с равными.
Переглянулись братья и покачали головами.
- Нет
Чего только не делали молодые князья, чтобы заставить улыбнуться красавиц - сестер. Они по-прежнему были холодны и молчаливы, словно камни на дне морском.

Затосковали братья. Думали в кровавых битвах забыть о девушках - не помогло: как шип железный, торчит в сердце отвергнутая любовь. Думали в попойках потушить тоску - не потушили. Перед глазами стоят красавицы, как судьи смотрят на братьев.
Говорит брат брату:
- Может быть, скажем им о наших ларцах, жезле и крыльях? Они узнают, кто мы с тобой, и допустят нас в свои сердца.
Согласился брат и добавил:
Скажи им, мы властны подняться к самому солнцу и их поднять туда, мы можем опуститься в глубины моря и их увлечь за собой.
Так и сделал брат. Одна сестра как будто заинтересовалась.
- До самого солнца? И в самую глубь морскую? Диковинно, если правда это.
Другая тоже посмотрела на князя.
Всю ночь не спали братья. Они помнили завет Нимфолиса, который предупреждал их, чтобы не пользовались они волшебными предметами с корыстной целью. И тихо рассуждали, как отнесется к их поступку старый слуга.
- Он нас не осудит, - сказал Георгий. - Ведь он, наверно, знает, как тяжело нам живется и как нужна нам дружба этих женщин. Нет, не ради, корысти, а ради счастья и покоя решаем мы показать то, что скрыто от глаз человеческих.
На другой день подвязал Георгий коню крылья, уселись на коня братья с сестрами и поднялись ввысь. Не одно облако они задели, не одна молния проносилась мимо них на землю, а все выше поднимались дерзкие. К вечеру, словно гора алмазов, засветились перед ними солнечные чертоги и прянул на людей, опаляя, солнечный луч.
Раздался голос старого Нимфолиса:
- Назад!
Задрожал Георгий, побледнел в первый раз в жизни и повернул коня. Словно вихрь неслись они вниз. Дух занялся у сестер, закрылись голубые глаза, без чувств опустил их на землю Георгий. Но очнулись они и заговорили насмешливо и дерзко:
- Не поднял нас до солнца, бежал, как трусливый заяц. Как женщина слабая поступил. Недостойны ни ты, ни твой брат нашей любви. Вот пойдем мы в море, опустимся в пучину и не дойдем до конца, не увидим царя морского.
Передернуло обидой лицо Георгия, гневно глянули черные очи, страшно загремел его тяжелый меч о вымощенный каменными плитами пол. Но ничего не сказал князь, гордо вышел из покоя.
Затуманился Петр. Задумался о завтрашнем дне, о жизни, которая была и которая будет, нахмурил брови...
На другой день запряг Петр в колесницу коней и повез сестер и брата к бурному морю. Поднял жезл, расступилась пучина, и понеслись они по дну вглубь, где дивный высился дворец. Недалеко еще отъехали от берега, как явился к Петру незримый для красавиц Нимфолис в зеленом плаще и сказал:
- Петр, с нечистым замыслом опустился ты в глубину. Приказываю тебе вернуться, если не хочешь погибнуть сам и погубить всех.
Ничего не ответил Петр, хлестнул быстрых коней. Сестры смеялись всю дорогу. И решились братья: едем дальше. Разгневался царь пучин, грянул трезубцем один раз - и убил братьев, грянул второй - и убил сестер. Но не погибли они. Всплыли их тела, соединились навеки в камне.
И увидели люди в море скалы-близнецы Адалары. Повествуют эти скалы о том, как скорбно кончаются попытки взять что-либо силой от души человеческой.


 
ДинаДата: Пятница, 31.08.2012, 22:08 | Сообщение # 17
Ведьмочка
Группа: Администратор
Сообщений: 1305
Награды: 36
Репутация: 10
Знаки отличия:
За 100 Сообщений За 200 Сообщений За 300 Сообщений За 400 Сообщений За 500 Сообщений За 600 Сообщений За 700 Сообщений За 800 Сообщений За 900 Сообщений За 1000 Сообщений
Статус:
Легенда о медведь-горе.


В отдаленные времена в горах Крыма обитали лишь дикие звери. Много было среди них огромных кроважадных медведей. Хищники уходили далеко в горы, появлялись на равнинах, нападали на живущих там людей. Набрав побольше добычи, опять скрывались в лесных дебрях.
На самом берегу моря поселилось стадо огромных зверей. Управлял им вожак - старый и грозный медведь.
Однажды возвратились медведи из набега и обнаружили на берегу обломки корабля, а среди этих предметов лежал сверток. Старый вожак развернул его и увидел маленькую девочку. Только она осталась в живых после гибели корабля. Маленькая девочка стала жить среди медведей. Шли годы, она росла и превратилась в красивую девушку. Старый вожак и все медведи очень любили ее. Девушка громко пела песни, резвясь среди дикой природы, а медведи готовы были с утра до ночи слушать ее чудесный голос.
Однажды хищники отправились в набег на равнину. В их отсутствие недалеко от медвежьего логова, среди купающихся в воде скал прибило к берегу чёлн с молодым красивым юношей. Еще подростком он был угнан в рабство воинами одного из разбойничьих племен, обитавших на другом берегу моря. Теперь юноша решился на бегство, надеясь вернуться на родину. Буря долго носила его чёлн по волнам, пока не выбросила на крымский берег.
Обессиленный голодом и жаждой, юноша лежал без движения на дне челна. Девушка перенесла юношу в укромное место, напоила и накормила, а чёлн спрятала в кустах под прибрежной скалой, чтобы медведи ни о чем не догадались.
Много раз приносила девушка юноше еду и питье. Юноша рассказывал ей, как живут люди в его родных краях. С интересом слушала девушка, глядя в ясные синие глаза юноши. Она пела для него свои любимые песни. И в эти дни вошла пылкая любовь в сердца обоих.
Юноша сказал девушке: "В моем челне хватит места для двоих. Хочешь поплыть со мной на родину?" И девушка ответила:" Хочу. Я готова плыть с тобой куда угодно".
Юноша уже окреп, к нему вернулись силы. Он смастерил мачту, сделал парус из звериных шкур. Влюбленные ждали теперь попутного ветра, чтобы покинуть медвежий берег.
И вот подул попутный ветер. Юноша и девушка столкнули чёлн в воду, сели в него. Вот уже между челном и береговыми скалами легла широкая голубая гладь...
Тут задрожала земля под тяжелыми лапами, заколебался воздух от грозного рёва. Это вернулись на берег из далекого похода медведи и не обнаружили девушки.
Вожак посмотрел на море и понял всё. Любовь к юному пришельцу, тяга к людям победили в душе девушки все прошлые привязанности. Навсегда увозит теперь чёлн любимицу медвежьего племени.
Старый медведь яростно взревел. Вне себя от гнева стадо заметалось по берегу, оглашая окрестности громовым рёвом. Вожак опустил огромную пасть в голубую влагу и с силой стал втягивать воду. Его примеру последовали остальные. Через некоторое время море стало мелеть.
Течение увлекало чёлн обратно к берегу. Девушка видела: ее возлюбленному не избежать стращной участи, его растерзают медведи.
И запела девушка. Как только донесся до зверей ее голос, они подняли головы от воды и заслушались. Лишь старый вожак продолжал свое дело. Еще глубже погрузил он передние лапы и морду в холодные волны. Бурлило море у его пасти, вливаясь в нее широкими потоками.
Заклинала в песне девушка все силы земные и небесные стать на защиту ее первой, чистой любви. Умоляла она старого медведя пощадить юношу. И так горяча была мольба девушки, что страшный зверь перестал тянуть в себя воду. Но не захотел он оставлять берега, продолжал лежать, всматриваясь вдаль, где исчезал чёлн с существом, к которому он привязался.
И лежит старый медведь на берегу уже тысячи лет. Окаменело его могучее тело. Мощные бока превратились в отвесные пропасти, высокая спина стала вершиной горы, достигающей облаков, голова сделалась острой скалой, густая шерсть обратилась в дремучий лес.
Старый вожак-медведь стал Медведь-горою.


 
Форум » Форум города Vision » Мистический дом » Легенды Крыма
Страница 1 из 11
Поиск:



Мы рады, если Вам понравились наши материалы. Пожалуйста, при копировании указывайте ссылку на наш сайт. Надеемся на понимание. Заранее спасибо.
Яндекс.Метрика Каталог webplus.info